Студентам НГУ рассказывают, что «Путин плохой…»

В Гуманитарном институте НГУ проходят выборы на должность профессора кафедры истории, культуры и искусств. Заявки на участие в конкурсе подали два доктора исторических наук, Владислав Кокоулин, занимающий эту должность в настоящий момент и Владимир Исупов. При голосовании на кафедре большинство голосов было отдано Кокоулину, тогда как ученый совет Гуманитарного института предпочел кандидатуру Исупова. Окончательное решение об избрании на должность профессора кафедры должен принять ученый совет университета. Однако на этот раз в рутинную процедуру академических выборов неожиданно ворвался новый фактор.

Студенты нескольких факультетов НГУ обратились к ректору, Михаилу Федоруку с открытым письмом, в котором поддержали кандидатуру Владислава Кокоулина. Беспрецедентный случай вмешательства студентов в выборы профессорско-преподавательского состава заставил руководство Гуманитарного института организовать встречу с инициаторами обращения.

Вначале разговора директор Гуманитарного института, доктор исторических наук, Андрей Зуев дал краткую информацию о порядке выборов на должность профессора кафедры университета и о результатах двух голосований по кандидатурам Владислава Кокоулина и Владимира Исупова. Затем студентам была предоставлена возможность задать вопросы.

Длительный полуторачасовой диалог представителей руководства Гуманитарного института со студентами выявил большое количество проблем в преподавании отечественной истории на негуманитарных факультетах НГУ. Выяснилось, что, по мнению студентов, некоторые преподаватели ведут занятия на низком профессиональном уровне, подменяя свой предмет общими рассуждениями на политические темы. В конечном счете с такой оценкой вынужден был согласиться и Андрей Зуев, заявивший, что «ситуация с преподаванием истории России в университете весьма печальная».

Конфликт студентов с руководством Гуманитарного института НГУ, имеющий на первый взгляд частный характер, обнажил целый ряд проблем не только с преподаванием отечественной истории, но также с внутренней организацией жизни российских вузов. Одна из таких проблем – отсутствие механизма учета мнения студентов о качестве работы преподавателей. Другая проблема – отсутствие реального контроля образовательного процесса со стороны руководства подразделений вуза. К чему это приводит? Судите сами…

Ниже мы публикуем выдержки из стенограммы собрания, прошедшего 24 апреля в главном корпусе НГУ. В распоряжении редакции также имеется аудиозапись этой встречи.

Cтудент: Меня зовут Данил, 1 курс, факультет естественных наук, химия. Владислав Геннадьевич <Кокоулин> вел занятия на нашем потоке еще в физико-математической школе. У меня вопрос: если его избирали в течение 24 лет и не было ни одной жалобы на работу Владислава Геннадьевича, то почему в этот раз ученый совет института делает другой выбор?

Зуев: Об этом надо спрашивать у членов ученого совета, почему они так проголосовали. Ребята, понимаете, в чем ситуация: члены ученого совета, в отличие от вас, имеют достаточно полное представление о другом кандидате, о его научной, преподавательской деятельности, деловых и личных качествах. И они сделали этот выбор.

Студент: 1 курс ФЕН. Вы подчеркиваете, что кафедра и ученый совет гуманитарного института не избирают, а рекомендуют кандидатуры большому ученому совету. Скажите, а мнение студентов будет учитываться при вынесении окончательного решения? Вот вы отметили, что для университета необычно, чтобы студенты собирали подписи в поддержку того преподавателя, которого считают более достойным. Наше мнение как-то вообще может учитываться или это что-то невесомое?..

Зуев: Отвечу на это так. Во-первых, вы должны иметь в виду, что вы студенты, вы обучаетесь. Вы сегодня учитесь, а завтра вы не учитесь… (смех в зале) Ну, не буквально завтра… Вы прослушали курс лекций у какого-то преподавателя и до конца обучения в университете вы вообще можете его ни разу больше не увидеть. Отсюда вопрос: надо или не надо ваше мнение учитывать? Вы отучились и ушли, а преподавательскому коллективу с данным преподавателем работать. В такой ситуации чье мнение более весомо: профессорско-преподавательского состава, который постоянно работает и взаимодействует друг с другом, или же мнение студентов, которые прослушали что-то и ушли?

Второй момент. К сожалению (и вы это знаете не хуже меня) ситуация с преподаванием истории России в университете весьма печальна. И на таком вот общем фоне кто-то из преподавателей смотрится лучше, кто-то смотрится хуже. Вам кажется, что замена одного на другого – это ухудшение. А это, может быть, наоборот, улучшение. Вы не предполагаете, что возможен такой вариант? Я имею в виду, что это может привести к улучшению ситуации? <…>

Студент: Вы говорите, что мы не думаем о замене, что, возможно, замена будет лучше. Но при той информации, которой я располагаю на данный момент, именно этот преподаватель считается лучшим из всех, кто ведет историю, например, на ФЕНе. И это подтверждают отзывы – не только первого курса, но и второго, третьего и более старших курсов. При этом есть другие преподаватели, которые вызывают негативную реакцию и не считаются хорошими. Почему тогда нельзя заменить их, когда закончится контракт? То есть, нам кажется, что данный преподаватель подходит к своему предмету с лучшей стороны.

Зуев: Все познается в сравнении…

Студентка: Простите, но мы видим, как преподают историю на нашем факультете. Нам есть, с кем сравнивать и нам кажется, что эта кандидатура наиболее выигрышная. Мы задокументировали наше мнение и представили его в деканат. Будет ли этот документ иметь какое-то значение? Ведь если мы высказываем негативное мнение о преподавателе, то, как вы говорите, оно будет учтено…

Зуев: Здесь включаются разные совершенно процедуры. Выборы на должность профессора кафедры предполагают возможность того, что студенты могут обратиться с ходатайством в большой ученый совет оставить им того преподавателя, который им нравится. Ученый совет университета может прислушаться к этому, а может не прислушаться. Я не знаю, повлияет ли ваша активность на результат голосования. Может быть повлияет. Может быть, вообще не окажет никакого влияния. Но вы понимаете, это одна процедура. Она будет идти независимо от того, хотите вы кого-то или не хотите … Так прописано в законе.

Что касается другой ситуации, когда есть преподаватель, который по каким-то причинам не удовлетворяет студентов, то здесь включается совсем другая процедура. Здесь человек уже реально может попасть под увольнение на основании определенного рода документов. <…>

Студентка: Вы говорите, что кто-то преподает хуже, кто-то лучше. Какие существуют объективные критерии для установления качества работы преподавателя? Степени, публикации, отзывы учеников… что?

Зуев: Здесь все вместе.

Студент: Как вы устанавливаете, что преподаватель преподает хорошо?

Зуев: По содержанию лекций, по тому, насколько системно подается материал. Есть ли у преподавателя система изложения материала. Насколько это компактно…

Студентка: Почему тогда в прошлом году таких оценок не было? Например, у факультета естественных наук на семинарах по истории?

Зуев: Контроля такого у меня в принципе нет. То есть никто никого не контролирует. Я еще раз обращаю внимание на то, что студенты во многом могут оказать на это влияние. Не нравится преподаватель, дайте знак. Такой знак, чтобы это было видно, а не оставалось на уровне разговоров. У меня бывают такие ситуации со студентами гуманитарного института. Пришли несколько человек и говорят: преподаватель нас не устраивает. Я говорю, хорошо, вы напишите, пожалуйста. Изложите по пунктам, что вас не устраивает. И подпишите. Ушли и не вернулись. <…>

Студент: Нам не важно, у кого из преподавателей какая должность будет написана. Нас интересует хорошее преподавание истории. Доступное. Нам не хочется, чтобы у нас было 16 двоек из 50 студентов…

Зуев: Вы боитесь, что к вам придет строгий преподаватель и будет ставить вам двойки?

Студентка: Этого никто не говорил…

Студент: Нас, студентов, интересует хорошее преподавание истории. Я студент первого курса ФЕНа, не гражданин Российской Федерации, не учился здесь. Для меня предмет истории России встретился первый раз. Когда я на лекции Владислава Геннадьевича приходил, я получал историю России. Я многое узнавал, что-то видел, слышал, понимал, записывал, конспектировал. Нас в этом деле все устраивает. А будет ли тот человек, который придет на место Владислава Геннадьевича делать что-то в подобном плане хорошего, мы не уверены. И так как у нас есть что-то хорошее, мы собрали подписи, чтобы нам это хорошее оставили.

Зуев: То есть, если вместо кусочка сахара вам предлагают шоколадку, вы …

Студент: Вы нам не шоколадку, а черный ящик предлагаете…

Зуев: Я еще раз повторяю: те новые преподаватели, которые будут вам читать, они ведь будут и после вас… Новые студенты придут и эту вот ситуацию вообще знать не будут ни сном, ни духом. Они начнут слушать. Я отдаю отчет в том, что преподаватель должен быть хорошим. Это естественно. Зачем ставить плохого преподавателя? Я же сказал о том, что цель очень простая, что негуманитарам должны читать историки-профессионалы хорошего качества. Это цель и мы будем к этой цели идти. <…> Друзья мои, вы поймите, я мог бы вообще не встречаться с вами…

Студентка: Если бы мы не написали…

Зуев: Я мог бы вообще не встречаться с вами и вы могли бы писать сколько угодно бумаг. Идет банальная, стандартная процедура согласно кодексу трудового законодательства, нормативным министерским документам, локальным актам университета. Объявлен конкурс. Я повторяю по второму разу, чтобы стало еще понятнее. На вакантную должность. На вакантную должность, понимаете? Я хотел донести до вас именно эту мысль, что это нормальная процедура. Ну да, возникла конкурентная ситуация. Да, голосование на кафедре прошло так, а на ученом совете института голосование прошло по-другому… То есть, принимая во внимание комплекс факторов, члены ученого совета проголосовали за одного кандидата так, за другого так. Дальше будет ученый совет университета, который примет окончательное решение, результат которого я бы не взялся прогнозировать.

Я не думал, что этот вопрос займет много времени. Я думал пояснить ситуацию, а дальше перейти к обсуждению вопроса о том, как с вашей точки зрения лучше выстроить взаимодействие между гуманитарным институтом, прежде всего, кафедрой истории и культуры и студентами негуманитарных специальностей для того, чтобы улучшить преподавание гуманитарных дисциплин. <…>

Студентка: у меня такой вопрос. Компетентность моего семинариста очень и очень плохая…

Бартош <заведующая кафедрой истории, культуры и искусств>: А вы не можете назвать фамилию?

Студенты (хором): N <фамилия вырезана по этически соображениям>.

Студентка: он публично оскорбляет моих одногрупников…

Бартош: А вы не могли бы это написать?

Студентка: С удовольствием напишем. Но мы понимаем, что если нам заменят Владислава Геннадьевича, история у нас полностью пропадет, потому что на семинарах по истории мы практически ничем не занимаемся. Выслушиваем истории про то, какой Путин плохой и прочее. Нам хотелось бы все-таки заниматься историей России, а не выслушивать какие-то общие мысли…

<дальше следует неразборчивая запись>

Зуев: Слова не могу подобрать, но вы просто воспримите как данность, что профессорско-преподавательский состав лучше вас (это объективно) имеет представление об этих двух кандидатах.

Студентка: то есть авторитетом давите?

Зуев: Он просто лучше вас имеет представление.
<…>

Зуев: я бы хотел уйти от персоналий. Я по возможности пытался до вас донести ситуацию, что процесс идет. Чем он закончится я не берусь…

Студент: Ситуация выглядит так, что вы в рамках закона пытаетесь сделать все, чтобы Владислав Геннадьевич не остался на преподавательской должности.

Зуев: Я высказал свою позицию. Я не боюсь ее высказывать. Да, я за Владимира Анатольевича Исупова. Потому что с моей личной точки зрения это совершенно нормально. Каждый имеет право высказывать свою точку зрения и агитировать за ту или за иную кандидатуру. <…>

Студент: то есть вы, директор, сказали о своей позиции и все сразу проголосовали как надо?

Зуев: Ну, знаете, это абсолютно непроходной вариант в нашем университете и в любом его подразделении. Я вас уверяю, что профессорско-преподавательский состав вполне самостоятелен и голосует так, как считает нужным. И оказать на кого-то давление и сказать: голосуйте так… ну абсолютно не проходной вариант. Я вас уверяю. <…>

Студент: Вот вы говорите, что открыто высказываете свою позицию в пользу Исупова. А почему?

Зуев: Потому что, с моей точки зрения он по научным, преподавательским, деловым и личным качествам мне представляется более удобной и более приемлемой кандидатурой.

Студент: Но про научные достижения вы пока ничего не вспомнили.

Студент: И выделили голосом личные качества…

Студент: Которые вы не хотите высказывать, потому что они личные… <…>

Зуев: Друзья мои, по этому поводу мы еще можем долго здесь разговаривать. Раз есть такой интерес, вы его совершенно спокойно и легко можете удовлетворить. Зайдите в Гугл, зайдите на е-лайбрери… <…>

Студент: но мы, тем не менее, волнуемся <по поводу преподавания истории на негуманитарных факультетах>

Зуев: Не беспокойтесь, мы решим эту проблему. Я еще раз повторяю: я сам заинтересован в том, чтобы негуманитарам читали историю на высоком уровне. Тот факт, что на протяжении предшествующего времени историю читали не совсем так, как хотелось бы, это сегодня аукается тем, что на историков смотрят сверху вниз. Эту ситуацию надо менять. Чтобы через 20-30 лет те, кто поступит в следующем году и будет учиться, чтобы они, послушав лекции у хороших специалистов, не смотрели так на историков. А говорили бы: да, история – это классно вообще.

Студент: Но вот перед вами преподаватель, на которого мы сейчас смотрим с уважением. Почему именно с ним возникла такая ситуация? Ну поддержали бы и вы его…много ведь разных вариантов…

Зуев: По пятому разу могу повторить одно и то же, что это про-це-ду-ра!

Студент: то есть, вы соблюдаете букву закона, но не его дух. Вы не находите?

Зуев: Я не очень понимаю, что такое дух закона.

Студент: Ну, был такой император, который говорил: друзьям все, врагам – закон! Вот и здесь похожая какая-то ситуация. Вроде закон есть, его буква соблюдена, а…

Зуев: Запушена процедура. Она еще не закончена. Меня в этой ситуации удивляет следующее. Я вам говорю: давайте с этим закончим. Потому что процесс этот от нас зависит, конечно, но не в той степени, как нам кажется. Даже от меня он уже зависит чуть-чуть. Давайте пообсуждаем вообще проблемы гуманитарного образования для негуманитаров. Нам хотелось бы от вас услышать, какие мы можем выработать механизмы, технологии решения этих проблем.

По итогам встречи два студента факультета естественных наук дали нам свой комментарий:

Данил Багаутдинов, ФЕН, 1 курс (химия).

Мы просидели в аудитории полтора часа, обсуждая проблему: как можно что-то изменить в преподавании истории на негуманитарных факультетах. Но дело в том, что мы, студенты, пришли сюда сказать о том, что не хотим ничего менять. Мы хотим сохранить нашего преподавателя истории.


История на наших факультетах преподается весьма посредственно – это факт. Но вот когда я учился в физико-математической школе, гуманитарные дисциплины нам преподавали очень хорошо. Мне запомнились три преподавателя из университета: Владимир Миндолин, Владислав Кокоулин и
Егор Клочихин.

В чем отличительная черта нашего лектора-семинариста, Владислава Геннадьевича Кокоулина? Именно в том, что он действительно хочет нас заинтересовать. Он не считает свой предмет проходным. Тут нам говорили, что историю нельзя исключить из обязательных предметов, но это не повод преподавать ее посредственно. Мне нравится как Владислав Геннадьевич относится к своему предмету. Начиная буквально с первого семинара, мы брали себе доклады. Мне, например, было интересен татаро-монгольский период нашей истории и я взял себе доклад по этой теме. На семинарах мы выходим к доске, выступаем, дополняем друг друга, спорим. Владислав Геннадьевич с высоты своих знаний и опыта вносит какие-то корректировки, добавляет ясности. Он – один из самых интересных лекторов, которые у нас есть.

Урин Авель, ФЕН, биолог, 1 курс

Владислав Геннадьевич читает у нашей группы только лекции. Семинарист у нас другой. Недавно пошли слухи, что Кокоулина увольняют. Но это явно неправильно, потому что он действительно хороший преподаватель. Я сюда пришел, чтобы разобраться в ситуации. Мы слышали до этого одну точку зрения, а теперь знаем другую – точку зрения руководства Гуманитарного института. Логика в том, что говорит Андрей Сергеевич Зуев, конечно, есть.

Он говорит, что «идет стандартная процедура». Но по факту видно, что это просто бюрократическое увольнение с соблюдением трудового кодекса. Я ничего не знаю о том преподавателе, которого поддерживает руководство Гуманитарного института. Наверное, у него тоже есть научные и другие заслуги и, вероятно, он тоже достойный человек. Но я знаю, что наш лектор действительно хорошо ведет занятия. И я не могу быть уверен в том, что новый преподаватель окажется на том же уровне. Среди преподавателей истории на негуманитарных факультетах, помимо Владислава Геннадьевича, есть те, кто ничему не учит. На семинарах по истории, я например, ничему не научился. Ни единой крупицы зерна не почерпнул. А Владислав Геннадьевич ведет семинары, по отзывам тех, кому повезло у него учиться, очень интересно. Я услышал логику в словах Зуева, но я с ней не согласен.

Конечно, лучшее враг хорошего. Но у нас уже есть хороший преподаватель, которого мы уважаем и поддерживаем. Заменять надо тех, кто хуже, а не тех, кто лучше.
 

Просмотров:6302 Комментариев:2

Автор: Антон Выдрин

Дата публикации: 08 мая 2018 11:50

Источник: Большой Новосибирск

Комментарии

  • Ирина # 15 мая 2018 08:45 Ответить

    Зуев уже был деканом ГФ. И чем запомнился? Тем, что выжил заслуженных профессоров, которым в подметки не годится! Пора товарища попросить куда-нибудь подальше.

  • Яна # 13 мая 2022 14:33 Ответить

    Зуева на мыло, это типичный "дефективный менеджер"

Добавить комментарий

Оставьте свой комментарий